Калан

   Калан — хищное морское млекопитающее семейства куньих, вид, близкий к выдрам.

    Калан обладает рядом уникальных особенностей приспособления к морской среде обитания, а также является одним из немногих животных-неприматов, использующих орудия. Каланы обитают на северных берегах Тихого океана в России, Японии, США и Канаде. В XVIII—XIX веках каланы из-за своего ценного меха подверглись хищническому истреблению, в результате чего вид оказался на грани исчезновения. В XX веке каланы были занесены в Красную книгу СССР, а также в охранные документы других стран. По состоянию на 2009 год охота на каланов практически запрещена во всех регионах мира. На каланов разрешено охотиться только коренному населению Аляски — алеутам, причем исключительно для поддержания народных промыслов и пищевого рациона, исторически сложившихся в данном регионе.

Описание вида

    Облик калана свидетельствует о приспособленности этого зверя к жизни в воде. Туловище у него вытянутое и очень гибкое, голова сравнительно небольшая, уши маленькие, утопающие в шерсти, зато вибриссы («усы») длинные и жесткие. Слух и зрение развиты у этих животных не очень хорошо, а вот обоняние и осязание отличные. Глаза каланов устроены таким образом, что они лучше видят предметы под собой, а не вокруг. Зато даже при полной потере зрения калан может успешно охотиться, ориентируясь по запаху и тактильным ощущениям.

    Передние лапы каланов вооружены маленькими, но цепкими пальцами, а задние имеют плавательные перепонки. Хвост средней длины. Почки этих животных способны выводить большое количество солей, поэтому они могут пить даже морскую воду. Значительный размер имеют и легкие. Воздух, содержащийся в них, придает каланам плавучесть, поэтому они не тонут, даже пребывая на воде в полной неподвижности. А вот подкожного жира у них нет совсем, защиту от холода обеспечивает только шерсть.

    Мех калана по своим свойствам очень похож на мех выдр. Он короткий, очень густой и теплый. Благодаря высокой плотности ворса мех практически не пропускает воду к коже, хотя снаружи намокает. Теплоизолирующие свойства меха усиливает жировая смазка. Кожа каланов имеет еще одно необычное свойство. Размер шкурки значительно превышает размер тела животного, поэтому на коже калана образуются многочисленные складки. Под мышками передних лап складки формируют самые настоящие карманы, в которые зверьки прячут добычу. У каланов отсутствует половой диморфизм, самцы и самки выглядят одинаково, самцы лишь немного крупнее. Окраска у этих животных бурая, на голове мех светлее и нередко выглядит почти седым. Размер калана весьма внушительный: в длину он достигает 1,3-1,4 м (хвост 30-36 см), а весит 20-45 кг.

    Передние и задние лапки отличаются по строению: задние лапки похожи на мохнатые ласты, а передние отдаленно напоминаю собачьи, только пальцы не разделены, а как будто приклеены друг к другу. Еще один важный элемент в облике калана это хвост, благодаря которому животное передвигается в воде, и управляет направлением движения во время плавания. Хвост небольших размеров, однако, весьма толстый и сильный.

История открытия

    Когда в 1741 году экспедиция Витуса Беринга потерпела крушение у необитаемых островов, впоследствии названных Командорскими, перед глазами команды предстали интересные животные довольно крупных размеров, со странной внешностью, которые в изобилии покрывали прибрежные скалы и плавали в окрестных водах. Животные совершенно не боялись людей, позволяли им подходить почти вплотную и сами, движимые любопытством, подплывали к шлюпкам пришельцев, приходили к кострам попавшим в беду мореплавателям. Это были каланы, которых впоследствии представил миру в качестве морского бобра ученый-натуралист экспедиции Георг Стеллер.

Промысел

    Из-за своего ценного меха калан чуть не исчез как вид с лица Земли. Сразу после экспедиции Беринга в середине 18 столетия на Командоры, Алеутские острова и Аляску хлынула полна искателей счастья - "мягкого золота". Российско-Американская компания за период с 1798. по 1845 г. реализовала 118000 шкур каланов, а к 1867 году русскими вывезено из Русской Америки 260790 шкур. Американцы добыли с 1871 по 1890 года на Аляске 90000 каланов, а в последующие 10 лет только 6143 калана. В целом к 20 веку промысел морских бобров в России и в Америке полностью прекратился. К этому времени мировая численность популяции каланов сократилась с 300000 голов, которая была в 18 веке, до нескольких тысяч к 1911 году, когда промысел был прекращен Международной конвенцией, подписанной Россией, Америкой, Японией и Англией (за Канаду).

    Первое время за ними охотились только на более доступном острове Беринга, а позднее, когда число каланов здесь катастрофически уменьшилось, промысловики добрались и до острова Медный. И лишь суровые условия плавания у скалистых берегов Командор, частые штормы и отсутствие хороших якорных стоянок спасли каланов от полного истребления. К 1924 году, когда вышел строжайший запрет на промысел этого морского зверя, их сохранилось всего несколько десятков, и то лишь на острове Медный.

Ареал обитания

    Обитают эти звери в прибрежных водах северной части Тихого океана. Их ареал охватывает побережья Алеутских, Командорских островов, Камчатки, Аляски и Калифорнии. Обычно каланы располагаются на расстоянии 10-80 м от берега, в штиль они могут удаляться от суши на несколько километров вглубь океана. В целом они ведут оседлый образ жизни, хотя постоянных участков не имеют и территорию свою не охраняют. Места скопления каланов носят случайный характер, они возникают стихийно на защищенных от нападения хищников мелководьях, богатых кормом.

    Каланы проводят большую часть жизни в воде и только отдыхать вылезают на прибрежные скалы или каменистый берег. Больших лежбищ, вроде котиковых, они не образуют.

    Калан сугубо дневное животное. Ночью он обычно спит на берегу (у берега), а с рассветом уходит в море, удаляясь на кормежку не далее 25 км от берега. Иногда каланы устраиваются на ночлег среди зарослей морской капусты, заросли которой служат надежным естественным волноломом, который гасил накатывающие с океана валы. Поднырнув под почти сплошной ковер водорослей, каланы крутятся, наматывая на себя ленты морской капусты так, что оказываются спеленатыми, после чего, повернувшись на спину и выставив из воды голову и брюхо, звери спят.

Питание

    Днем после кормежки каланы для отдыха и сна выходят на берег: передними короткими лапками, с шершавыми подушечками вместо пальцев, сначала чистят глаза и усы, затем шкуру. Густой, мягкий, шелковистый мех требует тщательного ухода, его очищают от обрывков водорослей, затем основательно разглаживают. Затем часа два-три продолжается сон, спит калан очень крепко и часто дает возможность подойти к нему вплотную на берегу или подъехать в лодке. После крепкого сна звери еще некоторое время дремлют, открыв розовую пасть с острыми зубами, потягиваются, переворачиваются с боку на бок, непрерывно позевывая, а проголодавшись снова уходят в море.

    Добывая пищу, калан ныряет около прибрежных скал и собирает со дна ежей или отрывает от камней гроздья моллюсков. Захватив передними лапами несколько ежей, он всплывает на поверхность и ложится на спину, уложив добычу на груди, в складки кожи. Взяв одного из ежей, он вертит его передними лапами, обламывая и приминая иглы жесткими подушечками лап, при этом ни разу не уколовшись, а затем поедает его. Прокусив панцирь ежа, калан вылизывает или выскребывает лапой содержимое, а оставшуюся скорлупу выбрасывает. После еды калан начинает прокручиваться (вертеться) в воде, смывая с меха остатки еды.

    Калан — одно из немногих животных, умеющих пользоваться орудиями. Крупные мидии, служащие ему одним из основных видов пищи, покрыты черно-фиолетовой очень прочной раковиной, которую зубами разгрызть непросто. Для этой цели калан приберегает довольно крупный камень (массой до 3,5 кг), заранее подобранный на дне, и расположив его на брюхе, колотит мидией о камень пока раковина не треснет. Закусив, калан не выбрасывает камень, а снова кладет его «за пазуху» до следующей трапезы.

Особенности поведения

    Каланы не слишком привязаны к какому-либо определенному участку и нередко покидают его. В тихую погоду они кормятся на мелких местах в отдалении от побережья, а в шторм и зимой держатся около берега. Калан подолгу может оставаться в море, не выходя на берег, быстро (до 12—16 км/ч) плавает, резвится, глубоко ныряет. Плавает он изгибаясь всем телом при неподвижных задних ластах.

    Каланы умелые ныряльщики, могут погружать на несколько десятков метров (зафиксирован максимум глубины в 54 м). На поверхность они обычно выныривают для вдоха каждые 50-90 секунд, но могут и оставаться под водой до 6 минут.

    На суше калан передвигается с трудом, волоча по земле брюхо и неуклюже изгибая в стороны тело, оскальзывается на мокрых камнях, если позволяет поверхность скалы, то просто съезжает на брюхе. В снегу ползущее тело калана оставляет след в виде довольно глубокого желоба, около 30 см шириной, вдоль которого ясно заметны отпечатки передних и задних лап. Начинаясь у воды, такой след обычно идет вверх по берегу и заканчивается овальной лежкой, примерно в метр длиной и полметра шириной Место лежки заметно по кучам кала, в котором встречаются остатки панцирей морских ежей и крабов, осколки раковин моллюсков и кости рыб. Обратный след к морю представляет собой такой же желоб в снегу, но часто без отпечатков лап, если калан скользит вниз, не опираясь на лапы.

    При внезапной опасности калан пытается двигаться быстрее, изгибая спину дугой и сближая передние и задние ноги. Так он может пробежать небольшое расстояние и даже сделать несколько скачков.

    Каланы большую часть времени ведут уединенный образ жизни. Самки держатся от самцов в стороне, образуя временные пары только в брачный период. Каланы-самцы в брачный период активно защищают занятую ими территорию, однако довольствуясь при разрешении территориальных споров плесканием лап по воде и криками, до прямой борьбы дело доходит редко.

Размножение

    Самцы-холостяки, а вне периода размножения и все каланы нередко собирают в группы на отдых. Образуют каланы небольшие скопления и при ночлеге как в море, так и на берегу.

    Самцы заигрывают с самками, которые населяют их территорию или сами ищут самок в состоянии эструса, длительность которого равна примерно трем дням. Брачные игры продолжаются довольно долго: в начале ухаживаний самка как бы стремится уйти от самца, быстро плавает и часто ныряет. Самцы гоняются за самками, хватают их зубами за кожу затылка и стараются затащить на себя. Некоторые из самок огрызаются, правда вполне добродушно, другие же с охотой отвечают на заигрывания. Спаривание происходит в воде. После спаривания пары не разделяются — крутятся в воде рядом друг с другом, чтобы спустя короткое время спариться снова.

    Самки достигают половой зрелости в 4 года, самцы в 5 лет, но, как правило, спариваются намного позже. У каланов отмечается задержка в развитии эмбрионов что и определяет длительность периода беременности от 4 до 12 месяцев. Способность к воспроизводству у каланов сохраняют до самой старости.

    Роды происходят на берегу или прибрежных скалах. Перед родами самка решительно выбирается на берег, долго пристраивается на камне. Ориентация зародыша бывает, или хвостовая, или головная, хотя головная ориентация более обычна при рождении. Единственный детеныш рождается весом 1.4-2.3 кг. Близнецы бывают примерно в 2 % рождений, но только один детеныш может быть выращен, хотя у самки имеется два соска. После родов мать вылизывает свое дитя около часа, а затем увозит его в море.

    Маленькие каланы очень долго остаются при матери, которая заботливо ухаживает за ним до 7 — 8 месяцев. Плавая на спине, самка держит детеныша на груди, приподнимая или поворачивая его передними лапами, лаская и облизывая языком. Детеныши долго питаются материнским молоком, но начинают съесть твердую пищу уже вскоре после рождения. В то время как мать ныряет на дно за кормом, детеныш останется на поверхности, он начинает нырять в воду после двух месяцев.

    Годовалые каланы порой чувствуют себя вполне самостоятельно, но чаще предпочитают находиться под родительской опекой нередко даже после рождения ею нового детеныша. Многие каланы погибают в молодом возрасте, вообще смертность среди каланов очень высока.

    Время размножения не приурочено к определенному сезону, поэтому спаривание можно наблюдать в течение всего года, но главным образом весной — с марта по май. Пики рождаемости в июне-мае на Алеутах и в январе-марте на американском побережье.

    В местах обитания каланы, известные любители морских ежей, буквально влияют на облик прибрежных подводных ландшафтов. Ведь если численность каланов падает, то исчезают богатые живностью обширные «леса» из бурых водорослей, так как ежи — главные потребители водорослей — начинают быстро размножаться и вскоре сводят донную растительность на нет.

Мех

    Каланий мех, исключительно красивый, мягкий, шелковистый, к тому же очень прочный и ноский — один из самых дорогих в мире. Он прославил зверя на весь свет — и едва не погубил его. «Как соболь мало-помалу довел русских до Камчатки, так повел их далее через весь ряд Алеутских островов до противоположного материка, Америки, еще более дорогой камчатский бобр (морская выдра)», — в этом наблюдении натуралиста XIX века Георга Гартвига отмечена выдающаяся роль калана в освоении Русской Америки. Драгоценная пушнина манила русских предпринимателей на Восток — к землям, открытым в 1741 году Второй Камчатской экспедицией. «Молва о богатствах сей новооткрытой страны, — писал историк Василий Берх, — возбудила предприимчивый дух сибирского купечества, а рассказы спутников Беринга и Чирикова воспламенили еще более сильное желание обогатиться бобровыми шкурами».

    В отличие от добытой в Сибири «мягкой рухляди» (соболя), которую везли на продажу главным образом в Европу, каланий мех, бывший в почете у китайских вельмож, отправляли в Кяхту — главный пункт торговли русских купцов с китайцами, где шкуры обменивали на заморские товары, чаще всего на чай. Так что не случайно считается, что мех морского бобра способствовал распространению чаепития в России и укреплению деловых связей с Китаем.

Враги

    На Алеутских островах — в 1990-е годы популяция каланов катастрофически сократилась. Американские исследователи подозревают в этом проходных касаток: прежде основу их рациона составляли крупные китообразные, запасы которых подорвал китобойный промысел. И тогда касатки стали последовательно переключаться на питание тюленями, морскими котиками, сивучами, пока очередь не дошла до самых мелких среди морских млекопитающих — каланов.

    По расчетам, одна касатка может съесть за год 1825 каланов, и исчезновение с островов 40 тысяч особей в течение шести лет наблюдений могло быть следствием хищничества всего лишь четырех (если точно 3,7) китов- убийц. Сам факт участившихся нападений касаток на тюленей и каланов сомнений не вызывает. Почему же тогда на соседних Командорских островах этот вид процветает? По мнению камчатского биолога Александра Бурдина, на Командорах проходные касатки предпочитают охотиться на более массовых и доступных морских котиков, которые служат своего рода щитом для остальных возможных видов-жертв, в том числе и для морских выдр.

Происхождение названия

    Слово «калан», вошедшее в русский язык, имеет корякское происхождение: по-корякски калага (колаха) означает «зверь». До этого в русском языке обычно использовалось название «морской бобр», реже «камчатский бобр» или «морская выдра». Охотники Севера также использовали ряд специфических терминов: «медведка» для новорожденных каланов (до 6 месяцев), «кошлак» для годовалых каланов, а также ряд названий калана, заимствованных из языков народов Севера и Курильских островов, включая алеутское «чнатох», камчадальские «кейкоч» и «какку», курильское «кайку», айнское «трачка» и японское «ракко».

    Благодаря действиям Русско-американской компании, которая занималась промыслом каланов в XVIII—XIX веках и основала в Калифорнии русско-алеутское поселение Форт-Росс для охоты за калифорнийскими каланами, корякское слово «калан» вошло также в английский язык (англ. kalan), но сохранилось в употреблении лишь до конца XIX века. В настоящее время в английском языке, как и во многих европейских языках, каланы называются «морскими выдрами».

    Окраска каланов варьируется от почти рыжей до почти чёрной с преобладанием тёмно-бурых особей, однако отдельные участки тела, особенно голова, «седеют» с возрастом особи. Изредка встречаются альбиносы полностью белого цвета, ещё реже меланисты, то есть особи полностью чёрного цвета. В целом участки шкуры калана, не подверженные «седине», с возрастом темнеют обычно от рыжеватых оттенков к тёмно-коричневым и чёрным, а участки, подверженные «седине», особенно голова, наоборот, светлеют. Таким образом, у каланов с возрастом увеличивается контрастность окраски. Исследователи не обнаружили половых различий в окраске каланов. У обыкновенных каланов (особенно у так называемых «камчатских») в летний период наблюдается «выгорание» (порыжение) волос.

Содержание в неволе

    С начала XX века в СССР предпринимались попытки содержания калана в неволе, главным образом направленные на то, чтобы поставить производство меха на промышленную основу. Первоначальные опыты тридцатых годов прошли неудачно: нарушения в рационе питания, несоблюдение чистоты воды сразу приводили к различным смертельным заболеваниям животных — от различных кишечных инфекций до воспалений лёгких.

    К сороковым годам учёные учли накопившийся опыт, и им удалось построить вольер таким образом, чтобы обеспечить проточность морской воды, а также составить правильный рацион питания животного. С 1938 по 1941 годы несколько каланов благополучно прожили в таком вольере, однако с началом Великой Отечественной войны вольер пришлось закрыть, а каланов выпустить на волю. Одновременно стало ясно, что для содержания каланов в неволе требуются существенные усилия и значительные затраты, а это поставило под сомнение экономическую эффективность разведения животных.

    В настоящее время каланы содержатся в неволе лишь с целью изучения, а также для демонстрации в ряде зоопарков (аквариумов) в Северной Америке, Японии и Европе. В частности, калана можно увидеть в аквариумах Сиэтла, Ванкувера, Чикаго, Ньюпорта, Монтерея, Нью-Йорка, Лиссабона, Осаки, Антверпена и других городов.

Роль в экологии

    Каланы играют очень важную роль в экологии океана, контролируя количество морских ежей. Бесконтрольное размножение этих беспозвоночных приводит к уничтожению морских водорослей, что, в свою очередь, имеет каскадный необратимый эффект для морской экосистемы. Удавшийся опыт по переселению каланов в Британскую Колумбию (где они обитали ранее, но были истреблены) имел огромный положительный эффект для экосистемы побережья.

    Каланы поддерживают миролюбивые отношения с большинством других морских млекопитающих, включая котика, нерпу, ларгу, тюленя и сивуча. Хотя калан выходит победителем даже из сражения с морскими котиками, которые вдвое превышают его по весу и размеру, в обычных природных условиях они не конфликтуют (охотники XVIII—XIX веков приводили многочисленные свидетельства победы каланов над котиками, если оба вида вместе попадались в охотничьи сети). Реальными врагами каланов являются три вида животных: касатка — основной охотник за каланами, полярная акула и в некоторых районах бурые медведи, причём в последнее время полярная акула в Тихом океане уже не наблюдается.

    Основной пищевой конкурент калана — ларга, частичные конкуренты — некоторые виды морских птиц и треска. Чайки часто выступают «нахлебниками» у каланов, подбирая добытых и распотрошённых ими моллюсков или остатки морских ежей и крабов. Старые и больные каланы часто выходят на берег, поэтому трупы этих животных часто оказываются на берегу. В естественных условиях санитарами, поедающими мёртвых каланов, выступают песцы и медведи.

    Несмотря на меры, предпринятые для прекращения охоты на каланов, в настоящий момент популяция каланов перестала увеличиваться. Причиной этому, по мнению учёных, является ряд экологических проблем. Плотность населения людей в местах обитания каланов регулярно возрастает, увеличивается число техногенных рисков.

    Разливы нефти, вызванные обычно авариями на танкерах, представляют исключительную опасность для каланов. Даже очень незначительное количество нефти, попавшее в воду, приводит к тому, что остевые волосы меха каланов слипаются, нижний пуховой слой смачивается и животные умирают от переохлаждения. Кроме этого, разливы нефти имеют много других негативных последствий и вызывают отравление пищи каланов, имеют прямое негативное воздействие на печень, почки, глаза животных.

    Например, после аварии танкера нефтяной компании Exxon в 1989 году у побережья Аляски было загрязнено место обитания одной из крупнейшей колонии северных каланов — около 4000 особей. Около тысячи каланов погибли сразу, остальных множество добровольцев пытались спасти, отмывая их вручную от остатков нефти, а также давая им витамины и лекарства, защищающие их от простуды. Однако, несмотря на все предпринятые колоссальные усилия, лишь единицы из 4 тысяч животных выжили после этой аварии. Последствия этого разлива до сих пор негативно сказываются на популяции каланов в регионе.

    Продолжающееся загрязнение окружающей среды негативно сказывается на каланах как непосредственно, так и косвенно, загрязняя и уничтожая их пищу. Кроме этого, особенность спаривания каланов, связанная с открытыми ранами на носу у самок, приводит к тому, что каланы легко заражаются возбудителями различных инфекционных заболеваний, если они попадают в морскую воду. В период с 1992 по 2002 год более 40 % каланов погибли от различных инфекций. Один из таких возбудителей регулярно попадает в море из-за высокой плотности расселения домашних кошек. Кошки переносят в себе паразитический микроорганизм Toxoplasma gondii, который попадает в сточные воды с их экскрементами, а для многих каланов этот микроорганизм смертельно опасен.

    В качестве ещё одного фактора, увеличивающего смертность среди каланов, учёные называют резкое снижение генетического разнообразия популяции, связанное с массовым истреблением XVIII—XIX веков. Исследователи пришли к выводу, что многие гены современных каланов имеют лишь несколько аллелей, в то время как те же гены в популяции 300-летней давности имели десятки аллелей. Уменьшение генетического разнообразия популяции снижает приспособляемость каланов к различным негативным факторам и снижает их иммунитет.

    Учёные заметили, что многие колонии каланов восстановились после истребления лишь из нескольких особей. Так, например, весь подвид калифорнийского калана считался полностью истреблённым ещё в конце XIX века, однако в 1938 году люди неожиданно обнаружили этих каланов в Калифорнии. Учёные предполагают, что всего в начале XX века сохранилось менее 2000 каланов.

Культуру и фольклор

    Племена камчадалов, алеутов и айнов, которые изначально проживали в местах обитания каланов, включали этих животных в свою культуру и фольклор, часто приписывая каланам происхождение от человека. Например, в алеутском фольклоре есть легенда о двух влюблённых, бросившихся в море и обратившихся в каланов. Имеются даже указания на существование в прошлом у северных народов культа калана.

    Учёные связывают это с тем обстоятельством, что в повадках каланов есть много особенностей, делающих этих животных немного схожими с людьми. Многие исследователи каланов систематически использовали антропоморфную терминологию для описания этих животных. Например, каланы «флегматичны», «массируют лапами грудь», «почёсывают затылок», «жалобно пищат», «причёсываются» и т. д. Большую роль здесь также играет то обстоятельство, что каланы первоначально не боялись людей и исключительно доброжелательно к ним относились, а также развитая у них взаимопомощь, особенно проявляющаяся при заботе о потомстве.